Любовь Маковская, «Роснефть»: «Система управления рисками подразумевает культуру принятия взвешенных, риск-ориентированных управленческих решений»

Любовь Маковская, «Роснефть»: «Система управления рисками подразумевает культуру принятия взвешенных, риск-ориентированных управленческих решений» 01.04.2019

Любовь Маковская, начальник управления внутреннего контроля «Роснефти» и спикер тринадцатой конференции «Корпоративные системы риск-менеджмента», рассказала CFO Russia о внедрении риск-ориентированного подхода в ее компании.

Как давно «Роснефть» использует систему управления рисками? Что послужило причиной внедрения?

Наша компания внедрила управление рисками, когда это стало востребовано в стране. Текущая система, которая отражена в нашей политике «Система управления рисками и внутреннего контроля», появилась в 2014 году. Предпосылками создания данной системы были как вызовы внешней среды, включая нестабильность макроэкономических условий и необходимость быстро и эффективно на них реагировать, так и внутренние изменения — увеличение масштабов компании в связи с осуществлением сделок по покупке других предприятий.

С какими трудностями столкнулась компания во время этого проекта?

Основная причина создания системы управления рисками, на мой взгляд, была и основным вызовом в ее построении, а именно — объединение с другими компаниями. В этот же период мы выделили направление «газового бизнеса», куда я пришла на должность начальника Управления внутреннего контроля, в том числе с задачей по выстраиванию системы рисков по данному направлению. У представителей разных компаний были разные представления об управлении рисками. На корпоративном уровне руководство проделало огромную работу по выстраиванию единой системы, которая устраивала бы всех участников и отвечала их ожиданиям. Мы проводили круглые столы, семинары, обсуждения на разных уровнях управления. Помимо решения методологических вопросов, нужно было создать инфраструктуру управления рисками, которая соответствовала бы масштабам компании и сложности бизнеса. Также она должна была учитывать специфику различных направлений: от инициирования проектов органического и неорганического роста до реализации множества видов продукции.

В результате компания создала трехуровневую систему управления рисками: методологический центр, отдельные структурные подразделения в бизнес-направлениях и риск-эксперты в обществах группы. Здесь основная сложность, исходя из моего опыта внедрения,заключалась в отсутствии достаточного количества квалифицированных специалистов: как в центральном аппарате, так и на местах. Помимо знания основ риск-менеджмента требовалось глубокое знание специфики деятельности. Поэтому в компании решили самостоятельно обучать сотрудников, которых назначили риск-экспертами. Для этого создали внутренний «институт» риск-экспертов, который продолжает успешно функционировать и сегодня.

Какой эффект получила компания от внедрения системы управления рисками?

На мой взгляд, система управления рисками, прежде всего, подразумевает культуру принятия всесторонне взвешенных, риск-ориентированных управленческих решений. То, что терминологию управления рисками сейчас используют в компании повсеместно — уже большое достижение. Когда идет речь о планах, руководство всегда просит обозначать риски. Работа с ними стала частью не только корпоративного управления компанией, но и востребованным управленческим инструментом: как текущей финансово-хозяйственной деятельности, так и бизнес-проектов. А успешность решений, которые принимают с использованием данного подхода, можно оценить по финансовым результатам нашей компании.

Задать свои вопросы Любови и узнать больше об опыте «Роснефти» вы сможете на Тринадцатой конференции «Корпоративные системы риск-менеджмента», которая состоится 18-19 апреля 2019 года в Москве.

Мария Кириченко


Наверх